Интервью Бориса Филатова (1 часть) — о кадровой политике, профессионализме, пассионариях и советчиках (видео)

Журналисты Роман Скрипин и Александр Чиж взяли развернутое интервью у Бориса Филатова. Оно длилось более полутора часов – говорили обо всем. Многие уже посмотрели видео, но некоторые любят читать буквы. Мы расшифровали интервью полностью, но выдавать будем частями, иначе у наших читателей взорвется мозг. Первая часть – о кадровой политике, профессионализме, пассионариях и советчиках. Прямая речь Бориса Филатова.

Будем говорить лучше от поставленных задач, нежели от персоналий. За время, пока господин Ткаченко пребывает в должности руководителя муниципальной гвардии, — уже не муниципальной полиции, потому что есть строго рекомендательное письмо со стороны МВД, чтобы любые организации, в т.ч. муниципальные, избегали дублирования названия, что многих, кстати, может быть, и возбудило чересчур…. То есть было переименовано, хотя де-юре муниципальная полиция остается. Но на следующей сессии будем переименовывать. Хотя – какая разница. Говорят, что это новая охранка Филатова…

За это время, за прошедшие выходные, когда в городе у нас было такое мероприятие как Фестиваль блогеров, господин Ткаченко снес 60 незаконных газовых заправок. То есть результат – налицо. И я думаю, что в старом составе муниципальной гвардии я такого результата никогда бы не добился.

Это человек, ориентированный исключительно на результат, и мыслит позитивистскими категориями. Я считаю, что везде должны работать профессионалы. Можем много обсуждать этого человека как символ Майдана, или еще что-то. Но я думаю, не стоит на этом слишком долго останавливаться. У нас с ним был длинный жизненный период отношений. Я его знал еще до того момента, как пошел в политику. До того момента, как вообще приобрел хоть какой-то общественный вес. Поэтому – я знаю этого человека. Он знает, что он делает.

Если мы говорим по формальной стороне процесса, то против него нет ни одного уголовного дела. Он нигде не проходит как человек, который причастен к каким-то злоупотреблениям или преступлениям против протестовавших на Майдане. Я считаю, что не стоит всех грести под одну гребенку или на всех развешивать ярлыки. У каждого из нас в жизни своя судьба, своя роль, свои поступки – как хорошие, так и плохие. Поэтому для меня было показательно, когда, знаете, пришли ко мне фанаты наши, ультрас днепропетровские – они такие ребята очень конкретные. Говорят: «Ну да, хорошее ты сделал назначение. С 2005 г. мы с ним знакомы – бил нас почти как папа». Спрашиваю: у вас есть ко мне претензии? Они говорят: «Не-не, нет претензий». Почему? «Ну, разные были ситуации в 9 секторе». Но эти ситуации никогда не были персонифицированы.

Поэтому Андрей – профессионал. Он – мент до мозга костей. Человек умеет служить, защищать. – опять же – если это является, так сказать, оправданием… Вот, например, по линии Госдепа отправляли мы нашу муниципальную делегацию в США, посетили они 8 городов. Я вам скажу, на наш опыт АТОшников те же самые американцы смотрят очень скептически. У нас получается как: если АТОшники, обязательно надо их отправлять в охранные фирмы, на выполнение функций по охране общественного порядка, в полицию. Ветеранов вьетнамской войны особо не берут ни в охранные структуры, никуда – там совсем другая концепция. Не потому что они – плохие, им не доверяют, или у них есть, допустим, посттравматический синдром. Просто каждый должен заниматься делом…

(подарили спиннер, чтобы что-то крутил в руках помимо зажигалки и карточки днепрянина)

Великий объединатор

Не исключены претензии определенных кругов общественности. Вы назвали разных людей из разных слоев населения (Епифанцева, Мерило – прим. ред.). а может быть, наоборот – я являюсь человеком, который может объединять вокруг себя людей? Почему – нет?

Я нахожусь в этом кресле уже почти два года, и, если честно, я устал от советов. Я как бы готов их слушать, но, к сожалению, от них в конечном счете не будет результатов. Самое главное: для того, чтобы советовать, нужно еще и пытаться… Как, знаете, есть пресловутая собачья будка… Один мой хороший знакомый вчера сказал: «Я начал делить людей на тех, кто может построить собачью будку, и тех, кто не может». Это, на самом деле, винницкое выражение. Я его слышал в Виннице уже давно. Даже когда мне подарки там такие дарили. Не будем говорить, кто его озвучил. Я тоже был подвергнут всеобщему линчеванию.

Поэтому – у меня было очень много советов. И я рассказывал эту историю – как нам строить Привокзальную площадь. В результате город потерял ее, нового альтернативного проекта никто не предоставил. Все только советовали.

То есть, наверное, где-то здесь я, в том числе и испытывал общественное мнение. Потому что на миллионный город – на митинг вышли 200 человек, из которых 50 переодетых работников милиции, насколько я понимаю, — во избежание недоразумений.

Поэтому это не релевантная выборка, она не представляет всего спектра мнений в городе. Город действительно очень сложный. Но – согласен: где-то это было намеренное провоцирование общественного мнения, поскольку, ну, знаете… Не хочется переходить на персоналии, но очень многие советчики, особенно в нынешний исторический период, считают, что могут давать советы только потому, что они – пассионарии или люди с активной гражданской позицией. Или, например, «герои колчаковских фронтов». Но им не давали избиратели мандатов доверия. То есть, как ни крути, за меня-то проголосовало полгорода. И пассионарии в том числе – это безусловно. Но не все из них не поддержали мой кадровый вопрос.

Если посмотреть на все эти ордена и медальки, которые я получал за 2014-2015 гг., начиная от Правого сектора и заканчивая различными добробатами, — никто оттуда не позвонил и не сказал, что, мол, медаль верни, потому что ты не того назначил.

Конечно, в миллионном городе есть такой человек, который (так же как и Ткаченко – прим. ред.) мог бы руководить «Муниципальной вартой». Но, с учетом того, что у меня сжатое количество времени и огромное количество задач – например, с теми же газовыми заправками – мне некогда проводить общественные консультации, некогда советоваться. Потому что, когда ты много советуешься, потом все равно… У нас есть такая поговорка: если ты хочешь завалить вопрос, создай рабочую группу.

Поэтому, наверное, можно было найти такого человека. Но так просто совпали звезды. Тем более, что я с этим человеком реально работал в 2014 г. И когда мы останавливали «русскую весну», господин Ткаченко был командиром полка ППС, патрулировал вокзалы, улицы со своими подчиненными, ловил сумки, которые нам сюда передавали с аммонитом из Луганска – рейсовыми автобусами. Тогда почему-то у многих пассионариев к нему не было вопросов.

И Глуховеря был тогда начальником УВД области, и он тоже останавливал «русскую весну». У пассионариев к нему тоже были вопросы. А потом в Фейсбуке писали: «У Глуховери есть красный свитер и на нем белыми буквами – «СССР»». Ну чего вы не задавали этот вопрос в 2014 г., когда человека проверяли делом?

И самое главное, если мы будем говорить о тех, кто имеет претензии к этому поводу – к назначению… ни в 2014 г., ни в 2015 г. я их не видел. То есть, по большому счету, из целого спектра национал-патриотических организаций, в основном, претензии у товарищей из-под «Демальянса». Только я их не видел – ни в 2014-ом, ни в 2015-ом гг.

Вы начали с ментов, а закончили чиновниками, чьи дети курят «травку»… То, что мне было удобно это назначение – я этого не исключаю. Я писал у себя в Фейсбуке, что выстраиваю личную вертикаль. Это правда, и правда то, что у господина Ткаченко брат работает в милиции, и у него есть обширные связи в бывшей милиции. Я все это понимаю. Но есть и другая сторона правды. Я не хочу в режиме прямого эфира вспоминать то, что, наверное, говорить неправильно в паблике… я просто поработал с патриотами… просто не хочется ругаться в том числе со своими боевыми товарищами… Как говорил один «волонтер», новый Гепа народився (смеется – прим. ред.).

Был формат прямого эфира, договаривались, что журналисты будут задавать ему самые нелицеприятные вопросы. Но никто не договаривался, что там появится один из городских активистов или городской сумасшедший, или человек, который строит себе медийную политическую узнаваемость на постоянной безудержной критике всего и вся. Он мне просто позвонил, сказал, что «пришел в телевизор», а тут, мол, посадили такого, что кончится скандалом. Я говорю: «Разворачивайся и уходи». То есть мы об этом не договаривались. То есть он должен был идти честно отвечать, рассказывать. Но никто не обещал, что там появится человек, который будет заведомо провоцировать. Ну, такое же тоже может быть – мы же все прекрасно знаем.

Есть формат. Можно откровенно сидеть рассуждать, когда ты договорился, вот, как мы с вами. А представьте, что сейчас забежит сюда Сережа Лещенко и начнет что-то кричать. Ну, не Лещенко, кто-то другой. Я говорю об ошибке со стороны журналистов, которые неправильно сделали формат. Не потому что Ткаченко скрывался. Он даже к митингующим вышел, говорит: «Ребята, какие есть вопросы?». «А, у, а… Иди отсюда, и все.». «Нет, ну, вы объясните, где я был, что я делал…», «Нет, потому что мы — против». «Ну, «против», тогда – спасибо, я пошел».

Он не сидел в кабинете у мэра, не выглядывал в окно, а вышел к людям, сказав: «Вот он я, здрасьте, задавайте вопросы». Точно так же на фестивале блогеров, если вы видели. Это я к чему? То есть Фейсбук – это, знаете, такая другая жизнь, где мы находимся в виртуальной какой-то реальности. Жизнь во дворах несколько другая. Были открытые панели. Любой мог прийти и сказать: вот, мол, Филатов – такой-сякой, уважаемые блогеры, посмотрите: мы привели к власти предателя и коллаборанта, а вы тут к нему приехали.

За два дня – 5 или 7 панелей, и только один человек встал и начал что-то говорить, кричал, что Филатов нас назвал унылым гуано. Никто же не запрещал прийти. И это в том числе где-то релевантное отношение к процессам, происходящим со стороны избирателей.

Насчет карманных блогеров? Да, да – особенно Трегубов! Просто у нас был зампрокурора Юра Трегубов (по поводу неточно названного имени Виктора Трегубова – прим. ред.). А его я впервые в жизни видел. Скажу честно: для меня было удивлением то, что такие злые, суровые люди, которые пишут круглые сутки и про меня, в том числе, гадости, оказались на самом деле милыми ребятами. И самое интересное, что они уехали и будут продолжать писать гадости – только потому, что они считают, что таким образом проявляют независимость. Заметили? – все вернулись, никто не похвалил.

Для меня было основная задача – чтобы про город узнали. Может, это контроверсивные вещи. Но все, что ни говорят – хорошего или плохого, кроме некролога, — это реклама. А скажите, господин Кернес или господин Труханов могли бы собрать таких блогеров у себя? В Инстаграме – там другие…

Про патриотические отношения и усталость

Отношения с Денисенко и Ярошем совершенно не испортились. Первый, как человек очень эмоциональный, позвонил, обложил меня матюгами, но при этом сказал: «ты – мой товарищ, и я приму твое решение». Как бы абсолютно нормально мы поговорили.

А Дима и компания отнеслись к этому совершенно спокойно. Я приехал на 50-летие к Ростику Винеру – руководителю местного подразделения Добровольческой украинской армии, и там были все: друг Рембо, друг Червень, друг Гатило, друг Сокил – ни слова не сказали. Они просто еще начали надо мной издеваться. Даже появилась такая фотография, но в Фейсбуке она не разошлась. У Яроша же позывной Яструб, а у начальника штаба ДУК — Сокил. Они сфотографировали меня, Яроша, Сокила, и сказали: «Сокил, Яструб и Беркут думают об освобождении Донбасса»… Абсолютно нормально.

Для меня это очень серьезный маркер, потому что как раз эти ребята не прощают предательства. Поэтому давайте разделять патриотические круги, демократические, либеральные и все остальные. Их много. И они как этот спиннер.

А нервишки уже не те. Вот, устал я, честно. Устал. Иногда по «груше» бью (висит в кабинете – прим. ред.).

Лингвистическая философия. Кресло меняет взгляды

Моя задача не сохранят систему, а сохранять управляемость ею. К сожалению, после Революции и начала войны многие управленческие цепочки разрушены. И – большой скепсис по поводу закона о люстрации. Когда я был депутатом, у меня было свое видение. А когда я сел в это кресало и каждый день пытаюсь решать какие-то вопросы… Не говоря о том, что под люстрацию попало все руководство СБУ области нашей, которая в 2014 г. боролась с «русской весной». А потом сказали: «Вы – преступная власть, работали при Януковиче, поэтому – давайте, увольняйтесь!». То есть как-то нехорошо получилось, знаете, перед ребятами – как в том анекдоте.

Это большая системная проблема. Но, когда мы говорим о системе… Опять же, вот, когда мы ранее затрагивали тему в интервью по поводу промышленных, финансовых групп, рейдерства, я тогда еще говорил, что проблема людей в том, что они в разные слова вкладывают разный смысл. Есть даже такая наука – лингвистическая философия.

Поэтому, когда мы говорим о системе… В местном самоуправлении-то и системы особой нет. Это – столкновение интересов, в то числе иногда даже коррупционных. И каждый день, сидя в этом кабинете, ты понимаешь – почему уже нервы ни к черту – 99,9 процентов посетителей: а) либо что-то приходят вымогать, б) просят кого-то назначить, в) приходят на кого-то жаловаться.

Природная сущность местного самоуправления существует со времен, я не знаю, средневековых городов, древнегреческих полисов. То есть всегда собирались на форумах. Я тоже часть этого социума, но при этом – профессорский сынок (смеется – прим. ред.).

О мосте, Мишаловых, Епифанцевой и Вилкуле

Если мы говорим про мост, то – пример: это сложные работы, и в стране их могут сделать только три компании – «Мастерстрой», «Альтис» и «Альтком». Если бы выиграл «Альтис», мне бы говорили, что это – тесть Насирова, если бы «Альтком» — что фирма Азарова, а выиграл «Мастерстрой» — говорят, что это папаша Мишалова.

Вот, у вас за спиной висит график ремонта моста. Я думаю, если уважаемые товарищи Мишаловы начнут выбиваться из этого графика, а тем более, у меня сейчас появились большие вопросы, я думаю, придется прощаться.

Знаете, его папаша приходит и говорит; «А вот, мы тут разобрались с мостом, надо еще дополнительно 67, еще 40». Я говорю: «Так, собрали документы – до свидания!». На следующий день 67 превратилось в 30.

Я не могу себе позволить оставить долгострой для клипов, как в Киеве, потому что меня горожане просто выкинут с моста.

Китайцы не заявились на этот тендер. Это можно проверить. А буквально позавчера Витя Пузанов – известный блогер и советник…

(звонок от Епифанцевой)

(оправдываясь – прим. ред.): Она отвечает за социальный блок, по 60 человек в день принимает. Поэтому это – так, тоже к вопросу по работе и – кто может выполнять такие задачи. А про «барана» — нехорошо получилось, не сдержался, да. Это было не в отношении женщины, а в отношении мужчины, но – опять же – это все перекрутили, в том числе ваши коллеги.

Вилкула не смог бы назначить ни на какую должность. Ну как – «мы с ним начинали»? Я его знал. Я у Юлии Владимировны Тимошенко работал юристом. А он работал менеджером в департаменте, мы папочки носили по параллельным кабинетам. У нас тогда в ЕЭСУ работали, ну 3 тысячи человек. Поэтому тут тяжело говорить, что мы с ним начинали, но у нас были отношения. Нельзя сказать, что дружеские – приятельские. Только потом Сашу занесло под небеса. Меня – нет, я – абсолютно нормальный человек, адекватный. Надо просто иногда корону сбивать.

Источник